Алексей Засыпкин (a_fixx) wrote,
Алексей Засыпкин
a_fixx

Categories:

Чему мы сегодня можем научиться у Аристотеля? (А. Баумейстер). Транскрипт лекции. Часть 2



Андрей Баумейстер (р. 1970)
Философ, теолог. Специалист по античной и средневековой философии. Преподаёт в Киеве. Автор и участник различных просветительских проектов, автор канала на YouTube о философии.


Аннотация лекции (с канала на YouTube)

Аристотеля называют учителем Запада. С XIII века именно благодаря текстам Стагирита в Западной Европе рациональность и наука стали главными ценностями культурной жизни. Аристотеля пытался "сбросить с корабля современности" Мартин Лютер. Но в результате первые протестантские катехизисы были написаны именно в духе методической строгости Стагиритовых текстов. Но что может дать Аристотель современному человеку? Чему мы можем сегодня научиться у Аристотеля? В лекции делается попытка ответить на эти вопросы. Оживленная дискуссия после лекции дополняет и расширяет заявленную тему вебинара.

Расшифровка (a_fixx)
скачать doc


Если говорить о познании, то Аристотель говорит, что мы познаём всегда общие понятия. Познание связано с общим и необходимым. Чувственность имеет дело с конкретными вещами, а познание всегда направлена на общее.

Такова его картина реальности и познания. А что же он нам дал в политике и этике? Сейчас я плавно завершаю вторую часть и приближаюсь к актуальному Аристотелю. В политике и этике он стал великим учителем в двух вещах. Первая из них – это идея общего блага. Он понимает политику как философию общего блага. Он учит о том, что высшее общение человека – это общение ради высшего блага. Мы вступаем в договоры, мы договариваемся о тех или иных целях, но есть в наших общениях цель сама по себе. Это то, что делает нас не просто людьми сиюминутных, незначительных интересов, а это создаёт некий интерес, превышающий наши частные интересы. У каждого из нас есть частные интересы, но на нём государство не обоснуешь. Государство возникает, когда над интересами групп, кланов, семей, этническими интересами вырастает тот интерес, который не является ни экономическим, ни материальным, ни частным семейным, а является интересом нашего общего дела, что по-латыни потом будет называться respublika. Если у нас нет общего блага, это не государство. Если система разбивается на отдельные кланы, это что угодно, но не государство. Поэтому политика – это высший уровень человеческого общения, а цель этого общения – жизнь, ориентирующаяся на общее благо. Сегодня Аристотель очень актуален, я буду об этом говорить.

И второе, что он нам предложил, это учение о добродетелях. По-гречески «добродетель» – αρετή («арете»). У Платона уже есть намёки на это учение. Не то что намёки, а очень серьёзно в «Диалогах» говорится о добродетелях. Но у Платона это встречается спорадически, не в систематическом и не таком детальном виде, как у Аристотеля. Аристотель же взял учение о добродетелях и сделал его основой политики и этики. Что такое добродетели, по Аристотелю? Это то, что моно назвать обучением граждан. У нас есть какие-то навыки, умения, а есть вещи, которые делают из нас цивилизованных людей. Вот способы цивилизованности, или цивилизирования, когда мы подаём друг другу примеры должного, достойного поведения, это то, что должны мы демонстрировать в рамках сообщества. Он был прекрасный педагог. Он понимал, что морали и политике нельзя учить абстрактно. Хорошее общество – это то, где есть хорошие образцы. И мы живём, практикуя добродетели, переходя от просто жизни к хорошей жизни. Это знаменитое различение Аристотеля. Люди вне хорошего государства просто живут (ζωή, «дзоэ»). А задача политического целого – перейти от «просто жизни» к «хорошей жизни». Мы рождаемся индивидами с определёнными задатками, определённым потенциалом, но только в правильной системе, практикующей добродетели, мы можем стать хорошими людьми. Каждый по отдельности не может себя реализовать. Каждый из нас, занимаясь своими интересами, отсоединяясь от других людей, не может раскрыть свой глубинный потенциал. Есть только одна возможность, говорит Аристотель, раскрыть сокровища нашего внутреннего человека – сообщество. И задача политической системы, идеи общего блага и идеи добродетели – позволить нам стать лучше. Не просто жить, а жить благой, осмысленной, наполненной, цивилизованной жизнью. Это задача политики, задача государства и задача этических практик.

Вот это (я сейчас перехожу к заключительной части) оказалось чрезвычайно востребованным, начиная с 80-х годов XX века. Когда мир, вначале преимущественно западный мир, пережив Вторую мировую войну, выстраивая либеральный порядок, делая ставку на свободный рынок, рыночные отношения, постепенно стал утрачивать те преимущества, которые не только в экономике заключались… Там сегодня внушают, что главный путь к успеху человечества, прогрессу, – этот ключ лежит в нескольких тумбочках. Одна тумбочка – это лондонское Сити и Нью-Йорк, Международный валютный фонд, финансовые организации, – это экономика.

Я не говорю, что экономика – это плохо. Но вдруг оказалось, что делать ставку только на экономические отношения и забывая о другой части человеческой жизни, мы начинаем становиться не то чтобы слабее, но начинаем выстраивать очень несправедливый и плоский мир. И тогда такие авторы, как Макинтайр, Тейлор, Сэндел и многие другие обратились к наследию Аристотеля, чтобы кроме экономики и кроме абстрактных базовых свобод либерализма напомнить нам о том, что мы не просто должны жить, а мы можем жить осмысленной и наполненной жизнью, можем быть лучше. А та система не требует от нас быть лучше. Та система говорит: поскольку ты индивид, ты можешь выбирать, что ты хочешь. Твой выбор всегда будет хорош, потому что он твой. Но перестало получаться. Мы сегодня видим, что получается всё меньше и меньше. И как раз возникло то, что мы сегодня называем неоаристотелизмом.

Что такое этот неоаристотелизм? Это возрождение учения о добродетелях, учения об общем благе, и это понимание того, что если элиты и каждый из нас не будет демонстрировать стандарты поведения, не только направленные на прибыль, на экономический успех, на развитие базовых потребностей, мы с вами как человечество будем постепенно деградировать. Поскольку всё, что создано до сих пор великой цивилизацией, создано именно на платоновских и аристотелевских основаниях. Я сейчас процитирую Майкла Сэндела, одного из горячих сторонников Аристотеля, он говорит: экономика, рынок – это хорошо, но когда рыночные отношения становятся рыночным мышлением, когда от рынка мы становимся рыночным обществом, когда мы начинаем мерить образование, медицину, дружбу, отношения между людьми по стандартам рыночного мышления, то от этого страдает и сам рынок, и все наши практики. Поскольку политика, образование, медицина не рыночны. Они могут иметь какие-то рыночные выходы, но по сути своей это совершенно другие вещи.

Поэтому Аристотель становится вдохновителем и учителем современных политических мыслителей, философов, социологов. А ещё Аристотель учитель досуга и счастья. Есть книга знатока Аристотеля [Эдит Холл] «Счастье по Аристотелю. Как античная философия может изменить вашу жизнь». Это третья часть: общее благо, добродетели и особое понимание счастья по Аристотелю. Он говорит в «Политике» и «Никомаховой этике» удивительные вещи. Он говорит, что мы ведь созданы не для работы. Работать хорошо, конечно, надо, необходимо. Но мы созданы для досуга. Я часто повторяю эту мысль. Он говорит о том, что есть тест, отличающий человека свободного по природе от человека рабской натуры. Для него быть рабом значит быть зависимым от. Это может читаться и в XXI веке. Как он определяет раба? Если свободный господин самому себе, то раб зависит от другого. Но дальше, говорит Аристотель, есть тест на свободу. Нужно приглядеться к человеку, как он проводит досуг («схолэ»). Если он ищет в досуге исключительно удовольствий или пользы, то одно из двух: или он ещё ребёнок, или он раб. Большие дети – это, в принципе, нормально, мы к этому привыкли. Я много видел пап, которые отталкивают детей от компьютера, потому что компьютер один на всех, играться в игры. Такой папа – раб по природе, по Аристотелю. Во-первых, он не даёт ребёнку получать знания, во-вторых, проводит досуг в развлечениях. Он работает, а потом вечером играет в игры.

А как же досуг проводит свободный человек? Он проводит его в благородных занятиях – в том, что потом называлось в античности «свободными искусствами» (artes liberales). Чем занимается свободный грек или сенатор в Риме? Он занимается спортом, он идёт в театр, он читает литературные и философские произведения, он занимается политикой. На секундочку, сенаторы в Риме не получали за это денег, и греки занимались политикой бесплатно. Это была честь, особое доверие. И вот, да, мы обязаны работать, но цель нашей жизни (τελος, «телос») – это досуг. Именно в досуге мы становимся самими собой, развиваем сами себя.

Давайте соединим эти вещи в завершение. Аристотель учит об общем благе как общей цели политики. Главные образцы достижений совершенного политического порядка – это добродетели, примеры поведения, которые должны демонстрировать элиты, ну и каждый из нас. Каждый из нас может стать частью той или иной элиты. Третье – это особое учение о досуге, о том, что цель нашей жизни – досуг, цель нашей жизни – через досуг приходить к счастью (ευδαιμονία, «эвдаймония»). Счастье состоит в том, чтобы проявить себя самого, чтобы реализовать свой потенциал. Кто не хочет заниматься философией, может просто стать порядочным гражданином, добродетельным отцом семейства, хорошим юристом, хорошим медиком, хорошим ремесленником, хорошим человеком. Те же, у кого есть задатки ещё и в другую сторону, они могут подражать космическому сознанию, божественному уму и переживать те моменты чистого мышления или философской жизни, которые доступны не всем, но к которым может быть причастен каждый из нас. Поскольку, как говорит Аристотель в самом начале «Метафизики», «все люди по своей природе стремятся к знанию».

В эту фразу мои студенты не верят. Не знаю, поверите ли вы. Это же не так, мы видим много людей, которые к этому не стремятся. Но Аристотель под словом «знание» имеет в виду совершенно другое. Поскольку мы с вами имеем разум, имеем чувственность, тонкие эмоции, наше стремление – всегда что-то открывать. Ребёнок, который тянется к яркому мячику, впервые познаёт мир. Юноша или девушка, которые взяли великий роман, и удивились. Юноша, который ухаживает за девушкой, и девушка, которая принимает ухаживания, стремятся к знанию. Девушка, рождающая ребёнка, стремится к знанию. Мы, пытающиеся улучшить мир вокруг нас, стремимся к знанию. Вот это «знать» («эйдонэ») – это что-то, что роднит нас с чем-то более высоким, с тем, что называется сознанием, пониманием, смыслом жизни. Только это – ключ к счастью. Только у некоторых людей это глубоко запрятано и не проявлено, но это стремление всегда есть. И очень важно создавать такую политику, которая бы способствовала развитию этого потенциала человека. Если условия будут другими, это стремление, эта тайна, которая есть в каждом из нас, может проявиться.

Я хочу подчеркнуть, что знание здесь понимается в широком значении, это не учёба в университете, это не научные знания. Кстати, недавно Илон Маск дал интервью, в котором сказал, что, возможно, университеты скоро будут не нужны, в том виде, в котором они есть, потому что сегодня получать знания и образование можно совершенно другими путями. Никто не отменяет профессионалов, профессоров, знатоков, просто форма получения знания в XXI веке будет меняться. И я сам, как член гильдии университетских преподавателей, вижу, что университет не является этим вдохновением, тем, что зажигает, что способно давать искры удивления и интереса. Философия начинается с удивления. Всем людям по природе свойственно стремиться к знанию. Политика – высшая форма общения, нацеленная на общее благо. Каждый из нас призван быть счастливым, правильно организовывая свой досуг.

Ещё одна знаменитая фраза Аристотеля. «Мир не хочет, чтобы им управляли плохо». Мы ведь привыкли, что нами управляют плохо. А Аристотель говорит: мир не хочет, чтобы нами управляли плохо. Потому что у нас слишком большая цена, в нас есть очень много ценнейшего, что называется разумом, эмоциями, чувствами, духовным миром. Такими индивидами нельзя плохо управлять.

Теперь я сделаю маленькое заключение, резюме. Я пытался вам представить этого человека. Кстати, в отличие от Платона, он был женат, женат дважды, имел детей, рабов, потом рабов отпустил на свободу. Человек, который провёл в Афинах половину жизни, основал свою школу в Ликее, стал учителем Запада и учителем исламского мира, научил нас ценить мельчайшие проявления природы и удивляться даже самым незначительным явлениям этого мира. Человек, который разработал систематику наук, создал теорию познания, реальности, политики, этики, теорию искусства и научил нас тем вещам в политике и этике, о которых я сейчас говорил. И если говорить о роли личности в истории, то я не нахожу никого, кого можно поставить на уровень с Аристотелем. Потому что всё, что с нами происходит, часть нашего мышления, часть наших практик, от образования до политики, сформировано этим человеком. Фактически этот человек – почти демиург, автор почти всего, чем мы пользуемся. Пожалуй, Платон и Аристотель – вот два человека, стоящих на таком пьедестале. Но поскольку Платон был узнан Западом только в XV веке, то Аристотелю пришлось, не знаю, судьба или Бог поставили его главным учителем, и сегодня особенно мы к нему возвращаемся.

Сейчас я хотел бы добавить по поводу издания его произведений. На русском они изданы в таком, невыразительного цвета четырёхтомнике, в серии «Философское наследие». Здесь не все его произведения. Сейчас совершает перевод и комментирование всего свода Аристотеля, и, насколько я знаю, это перевод очень высокого уровня. Что ещё можно почитать. Книга Джованни Реале об Аристотеле и его же «История античной философии». На русском языке, к сожалению, не изданы. В книге Йоахима Риттера, немецкого историка философии, «Метафизика и политика» есть блестящая статья «Теория у Аристотеля», где показано, что Аристотель впервые обосновал, что такое теория, и он её связывал с понятием Бога. Ну и, конечно, это современные авторы, которых я называл: Сэндел, Макинтайр и другие.

Ответы на вопросы

Вопрос: у Аристотеля смысл жизни – счастье, какой смысл жизни у Платона?

Ответ: я бы сказал так, Платон здесь смотрится несколько аристократично. Потому что Платон говорил о счастье разных групп людей. И поскольку есть группа философов, то у них счастье одно, у милитарной аристократии (стражников) – другое. Но они как раз сходятся в понимании счастья, оно для них в первую очередь связано с тем, чтобы реализовать своего внутреннего человека. По-гречески «счастье» – ευδαιμονία, «эвдаймони́я». Это слово означает буквально «одержимость хорошим богом». Противоположный термин – это «какодаймон», то есть «человек одержимый плохим демоном». И задача жизни, счастье состоит в том, чтобы проявить в себе это внутреннее начало, внутреннего человека, «даймон» по-гречески. «Эвдаймония» – значит проявление себя самого, того внутреннего, что в тебе заложено (по-современному, реализовать самого себя). Здесь Платон и Аристотель сходятся. Я бы сказал, что Платон изложил это учение, а Аристотель приближается к платонизму в конце своей «Никомаховой этики». Вот если вы прочитаете последнюю, 10-ю книгу «Никомаховой этики», вы увидите там платоновское учение о счастье.

Вопрос: (на украинском, о соотношении эйдоса и материи у Аристотеля, перевод отсутствует).

Ответ: это вопросы, которые я задаю себе несколько десятилетий. Вот представьте себе математиков, физиков, увлеченных историков или Пуаро, Шерлока Холмса… Это люди, которые разгадывают головоломки. Аристотель не оставил чёткую систему в целом своей философии. И этот вопрос – вопрос головоломки. На него нельзя ответить одним предложением. Я как исследователь Аристотеля знаю, что сначала нужно собрать все данные по его текстам, где он говорит об этих формах эйдоса, как они соотносятся с материей. И мы видим, что в каких-то вещах он противоречит себе. Если отвечать кратко, мы можем сравнить форму, или эйдос, с информацией, а материальную вещь с носителем информации. И получается, что информация передаётся тем или иным носителям: дереву, человеку, камню, цветку, розе. Получается, что форма розы передаётся материальному носителю естественным путём, через семя, например, но сама форма не создана. Если нам кажется этот вопрос неудовлетворительным, если мы отбросим Аристотеля и сосредоточимся на современном понимании мира, то будет то же самое. Мы находим в мире материальные вещи, процессы, события и факты и находим информацию: законы мироздания, принципы, отношения, смыслы. Вопрос: как эти вещи возникают? Как возникает в мире информация? Это вопрос сложный. Тем более, некоторые современные учёные говорят, что отличие информации от материи сегодня теряется. У нас нет чёткого теста, который отличит информацию от материи. Откуда мир получил свою информацию? Те, кто занимаются физикой или биологией, и слушают меня сейчас, могут подумать, что я не слишком серьёзно подхожу к этой вещи. Уверяю вас, что это вопрос, который задают себе и естественники, которые пишут философские книги. Эти вопросы неоднозначны. Почему мир именно такой, как он есть? Почему в нём находятся закономерности? Почему несмотря на своё разнообразие, громадность, этот мир может быть описан с помощью математических уравнений, законов, почему все события в мире демонстрируют потрясающую законосообразность? Почему на глубинном уровне мы находим какие-то базовые элементы, связь между которыми можно описать рациональными способами, и которые можно познать. Или, более кратко, почему мир, в котором мы живём, познаваем? Почему мир – носитель смысла? По-другому, почему мир – носитель базовой информации? Этот вопрос волновал ещё Аристотеля. И он первый начал на него отвечать, вместе с Платоном. Только в отличие от нас Аристотель учил о вечности мира. По Аристотелю, ответ на вопрос: «почему a» – потому что b. Почему b? Потому что c. Почему c? Потому что d. А почему d? Он говорит: стоп, всё, хватит. Потому что d – самообосновывающийся факт. Потому что дальше спрашивать о нём нет смысла. И тот, кто продолжает спрашивать, показывает свою нерациональность. Откуда взялась первая форма розы? Это спрашивать нет смысла, говорит Аристотель, потому что она всегда была, всегда есть и всегда будет. Потому что информация первична, материя вторична. Извините за долгий ответ, но я показал, что между нами и Аристотелем разница небольшая. Эта головоломка является одной из базовых и тогда, и сегодня. Если вы считаете, что Аристотель не прав, попытайтесь ответить средствами современной науки. Не получится.

Вопрос: какой сегодня образ Аристотеля в исламской культуре?

Ответ: хороший вопрос. Вы знаете, у ислама были разные типы философии, одна из них – под влиянием Греции. Они даже не придумали своё слово, называлось это «фальсафа». Так случилось, что фальсафа просуществовала всего 400 лет, с IX до конца XII века, но потом более ортодоксальные теологические учения маргинализировали и свели её на нет. Аристотель пользовался большим уважением, потому что их учителя веры учили Аристотеля, исповедовали аристотелизм, но, конечно, в ортодоксальном исламе Аристотель не является духовным авторитетом. Но всё равно это имя окружено определённым почитанием, как и имя Сократа, между прочим. И вообще ислам в эти столетия был интеллектуально очень высокого уровня. И сейчас есть много достойных людей. Вообще, большинство из авторов, которые комментировали, писали философские произведения, не были арабами и не исповедовали ислам. Это было очень разнообразное общество: христиане, иудеи, зороастрийцы. Были и арабы, но немного.

Вопрос: вы говорили, что либерализм накладывает отпечаток того, что дружба строится под влиянием рыночного интереса. Разве в книге Макинтайра не было сказано, что в Греции дружба была как раз по интересам, ради выгоды и т. д. Или в чём-то разница есть принципиальная?

Ответ: я не совсем так сказал о дружбе. Я сказал, что существует тенденция. Конечно, и среди бизнесменов и других людей современных профессий есть настоящая дружба. Но я как историк идей знаю, что идея дружбы и философия дружбы исчезла вдруг в XVII веке. Вот у Аристотеля в «Никомаховой этике» есть целая книга о дружбе. У Платона дружба – одна из главных добродетелей. А в Новое время вдруг это всё исчезло. И в XX веке не было философии дружбы как таковой. Она только сейчас возникает вместе с аристотелизмом.

Что касается Макинтайра, он и говорит о том, что такие люди, как Аристотель, его учение о добродетели как раз и меняли, трансформировали греческое общество. Безусловно, недостатки были всегда, но сейчас давление гораздо больше. Конечно, тогда были разнообразные интересы, но главное, что в дружбе открыли Платон и Аристотель, что она гораздо больше. Почему и называется «философия», потому что «филия» – эо дружеская любовь. И они создали типы совместной жизни: Академия и Ликей – это сообщества друзей, задача которых – не только овладевать науками, но и менять общество. Можно даже сказать, что Академия, Ликей, Стоя, Сады Эпикура – это образцы подлинной дружбы, которую они предлагали. Они не просто учили о дружбе, они её демонстрировали. И это оказалось настолько заразительным, что до сих пор в каких-то группах культивируется. Но опять же сама идея дружбы отодвинута сегодня на задний план. О ней не пишут книги. Пифагор говорил: «Друг – это второе я».

Вопрос: как соотнести этику Аристотеля и его учение о душе с учениями стоиков? Последние что-то привнесли в эвдемонизм?

Ответ: если будут такие вопросы, мы до утра не разойдёмся. Но я выкручусь, я возьму маленькую деталь, чтобы показать отличия. Во-первых, сравнить «Никомахову этику» с «Трактатом о душе» сложно, потому что, как и говорил Аристотель, это разные предметы исследования. «Трактат о душе» говорит о чувствах и так далее, но там нет речи о добродетелях, о дружбе и прочем. Второе. Если мы будем говорить о стоицизме и аристотелизме, конечно, стоики пришли позже, стоицизм возник спустя 22 года после смерти Аристотеля. Безусловно, первые учителя стоицизма, Зенон Китийский, Хрисипп, хорошо знали какие-то идеи Аристотеля, хотя опять же из вторых рук. Но я возьму только один маленький пример. Стоики учат о борьбе со страстями, и идеал мудреца – это апатея, бесстрастие. Хотя тоже нужно понимать это учение правильно, и, например, Пильюччи в своей книге показывает, что здесь нельзя упрощать. Но вот Аристотель в «Никомаховой этике» учит, что апатея – это не очень хорошо, бесстрастие – это сомнительный идеал, роль патосов, страстей, во многом положительна. Вообще, Аверинцев очень красиво сказал в статье 1991 года. Он тогда стал народным депутатом и как раз очень увлёкся особо Аристотелем. И он говорил, что именно сегодня Аристотель – самый важный для нас автор, если мы хотим делать демократическое общество. Он оказался прав. Аристотеля не читали в России, демократии не получилось. Мы тоже не читали, у Украины тоже ничего с демократией толком не получилось. Но он там сказал очень хорошую вещь: «Аристотель – это учитель меры». И если говорить об этике, это баланс между гедонизмом и аскетизмом Платона. Вот это отличие. Стоики ближе к Платону в своей суровости.

Вопрос: можно ли как-то обобщить, в чём сходство Маркса с Аристотелем, особенно в сфере политики, этики, в понимании сути религии?

Ответ: вы знаете, Маркс был юристом и философом. Докторская диссертация Маркса была посвящена философии греков, по-моему, Эпикуру, если не ошибаюсь, или кому-то из этого направления. Общего у них очень мало. Потому что для Аристотеля фундамент реальности – это не материальные формы, как я сказал. Для Аристотеля экономика не может быть базисом. И естественно, они не сходятся в понимании религии. «Опиум народа», говорит Маркс, а для Аристотеля в основе мира – бог, перводвигатель. А общее… вот я назвал принцип происхождения науки и государства принципом Аристотеля-Маркса, потому что Маркс взял у Аристотеля главный принцип возникновения искусств и наук. Это в первой книге «Метафизики» Аристотель говорит, что люди первоначально занимались вещами утилитарными, они обеспечивали свой базис выживания, продукцию, но когда возникли излишки продукции, то каким-то людям можно было отдать досуг для управления, администрирования, занятия науками и искусствами. А мы с Владимиром Соловьёвым пытались показать на примере Гёбекли-Тепе и других памятников, что сейчас считают наоборот: вначале был дух, потом экономика. Вот это общее, а так это радикально противоположные авторы.

Вопрос: (на украинском, перевод отсутствует).

Ответ: для меня этот вопрос достаточно простой, просто сказать можно, а потом меня обвинят в том, что я фантазирую и что я анархист-утопист. Я могу сказать так. Идея проста. Идея зрелой, образованной, свободной, самостоятельной личности. И государство как союз таких людей, которые живут своим умом, не зависят от чьих-то подачек или чьих-то угроз, с какой бы стороны они не исходили, и у которых цели существования в мире не ограничиваются выживанием и отдачей долгов, а направлены на то, чтобы создавать амбициозные, нужные не только нам, а всему человечеству, проекты. Мы всё для этого имели и имеем. Но почему-то нас маргинализируют и видят в каком-то примитивном срезе.

Вопрос: если в основе государства лежит идея высшего блага, то можно ли предположить, что основная проблема Украины – это не коррупция или внутренняя борьба кланов, а отсутствие идеи, которая была бы выше этих [нрзб].

Ответ: я преподаю во многих группах, и часть аудитории – это люди, связанные с политикой, бизнесом, средним и даже крупным, это, конечно, люди искусства и студенты... Нам кажется, что это банальность – иметь идею. У кого нет идеи? Жить идеей, жить осмысленно, хотеть добра своей стране – это естественные вещи, и, кажется, как только человек приходит к власти, эта одержимость созданием общего блага, добра и смысла просто разрывает его. Но этого не происходит. И образ мышления очень сильно сказывается на образе действий. И конечно, многие люди хотят сделать что-то хорошее, но опять же, для того, чтобы что-то сделать, нужно иметь какое-то ви́дение. Надеюсь, что что-то поменяется в ближайшие годы, но наблюдая за последними тридцатью годами, мы видим, что этого нет. И дело не только в президенте или Верховной Раде. Дело в том, что уровень задач слишком ограничивающий, и чиновники, политики живут очень элементарными идеями.

Вопрос: если человек создан для досуга и счастливого его провождения, то может ли неудачный опыт безусловного основного дохода свидетельствовать о неготовности современного общества к такому досугу?

Ответ: да, я об этом часто говорю последние лет десять, и я считаю, что это одна из главных угроз человечества, кроме экологической, ещё ряда серьёзных угроз. Вот если вы читали вторую или третью книгу Харрари, он говорил о «лишних людях». Это не он придумал, это для многих думающих людей очевидно. Чем больше будет развиваться мир, тем больше людей будет выброшено из производства и реальной экономики. А в перспективе уровень досуга будет расширяться. И вот к этому мы не готовы. Мы не готовы к тому, чтобы быть свободными в своём времени, направлять его на созидательные вещи, мы это не умеем. Краткий ответ: увеличение досуга – одно из главных испытаний человечества. Когда начинался карантин, я говорил, смотрите, мы не проходим тест на досуг, нам трудно заняться собой неделю. Насилие в семьях, алкоголизм, куда-то люди вырываются… Это опять же глубина Аристотеля. Мы не проходим тест Аристотеля, назовём это так. И поэтому нужно готовиться. Кстати, задание для каждого из слушателей – взять как-то ручку и бумагу на досуге и проанализировать свой месяц, сколько было часов на досуг, и какова главная форма этого досуга. Займитесь самопознанием. Напишите сочинение на тему «Как я провожу свой досуг». Вы встретитесь с очень интересной личностью в этом эссе, я думаю. И она вас удивит.

Вопрос: как, опираясь на идеи Аристотеля, можно было бы сейчас объяснить текущие трагедии, к примеру, терроризм?

Ответ: я здесь не вижу различий между нами и временем Аристотеля. Это всё побочный результат нашей свободы решений. Аристотель учил об этом. Если мы рабы по природе, если мы ограниченны, то свои великие цели мы видим примитивно. Тогда терроризм – одно из средств, вторжение в другую страну – одно из средств. Это побочный продукт примитивного мышления.

Вопрос: можно ли сказать, что трудоголизм – это форма рабства, или это самореализация в делах?

Ответ: блестящий вопрос. Вот на него я не отвечу, я подумаю, как лучше ответить. Я считаю, что нужно различать. Философия – это искусство различения. Как вы можете отличить трудоголизм от другого понятия? Какое это другое понятие? Есть трудоголик, а есть человек, увлечённый своей работой, человек созидательный. Для меня главный идеал, это когда работа и увлечение – одно и то же, когда, скажу страшную вещь, работа и досуг – одно и то же. Тогда быть трудоголиком – это значит страшно любить свой досуг.

Вопрос: с какого текста лучше начинать знакомство с трудами Аристотеля?

Ответ: я бы начал с его практической философии. Я бы взял отдельные книги «Никомаховой этики» и отдельные книги «Политики». После этого я бы предложил какие-то фрагменты «Метафизики». Это было бы первое знакомство.

Вопрос: с какой книги Аристотеля было бы правильно начать изучение логики?

Ответ: я бы не советовал читать логические произведения Аристотеля. Я бы посоветовал прочитать «Категории», это небольшой трактат. Возможно, «Об истолковании» (по-гречески – герменевтика). Но его главные произведения – «Первая аналитика», «Вторая аналитика», «Топика» – достаточно нудные и запутанные. Любой современный ярко написанный учебник логики лучше даст вхождение в логику, чем его трактаты. Кстати, Юзеф Бохеньский, доминиканец и специалист по логике, написал целый большой трактат «Формальная логика», и там очень хорошо всё подал, и последняя глава посвящена древнеиндийской логике. Это одна из загадок истории. Логика Аристотеля и индийская логика возникли одновременно в разных концах Евразии. Они очень похожи, и вряд ли здесь идёт речь о влиянии друг на друга. Это говорит о том, что логика встроена в структуру нашего мышления.

Вопрос: в книге Диогена Лаэртского Аристотелю уделяется намного меньше внимания, чем некоторым другим философам. Как бы вы это объяснили?

Ответ: дело в том, что Диоген Лаэртский, он такой историк странный. У А. Ф. Лосева есть книга, посвящённая Диогену Лаэртскому. Это такой любитель анекдотов, он собирает случайные фрагменты, иногда это весьма ценно, потому что именно его книга дошла, а он списал с других книг. Но нельзя считать Диогена Лаэртского глубоким философом, он скорее собиратель мнений, слухов, свидетельств. Иногда он что-то даёт точно, иногда нет. Поэтому у него там разнобой, хаос и так далее.

Я тогда обращусь с напутственной проповедью в несколько предложений. Моя цель была показать, насколько Аристотель важен, насколько важен вклад каждого человека в цивилизацию, в развитие культуры. Мне кажется, этот пример очень вдохновляющий. И поэтому, учитывая такую важную роль Аристотеля в истории Запада, цивилизации, я бы посоветовал вам познакомиться с оригинальными фрагментами его мыслей, конечно, в переводах, прикоснуться к этой мысли, учесть, насколько она… Я бы сказал, такой стиль поиска, энергичного напряжения, постоянно продвижения всё дальше и дальше. Читать его непросто, потому что это очень сжатый стиль, но если вы вчитаетесь, вы полюбите этот стиль, потому что это стиль человека, неустанно ищущего, устанавливающего истину, факты, следствия, причины. Поэтому если вы хотите быть людьми развитыми, свободными, образованными, очень важно познакомиться с фрагментами наследия Аристотеля.
Tags: IV в. до н. э., Древняя Греция, конспекты и расшифровки, философия
Subscribe

Posts from This Journal “философия” Tag

  • Сенека против соцсетей #2

    Каспар Давид Фридрих. «Странник над морем тумана» (1818) Вообще, в наставлениях Сенеки, думается, не так важно слово «множество»,…

  • Сенека против соцсетей

    David Bailly. Натюрморт с бюстом Сенеки Сенека режет без ножа: «…Разве чтенье множества писателей и разнообразнейших книг не…

  • О недостаточности

    Прочитал тут у одной авторки, ведущей канал о философии, об идее недостаточности и таком её проявлении, как: "я ещё недостаточно знаю, чтобы об…

  • 20.04.2021

    В развитие темы о «внутренней правде» барона Мюнхгаузена можно вспомнить описание фигуры античного героя, которое давал философ Мераб Мамардашвили:…

  • 01.04.2021

    Мысль о том, что искусство может сказать о вещах, о реальности гораздо больше самой этой реальности, только на первый взгляд кажется…

  • Подборка серьёзных книжек об "Игре престолов"

    Кэролайн Ларрингтон. Средневековый мир "Игры престолов". - М., 2019 ( скачать epub). Айеле Лушкау. Античный мир "Игры престолов". -…

  • Чему мы сегодня можем научиться у Аристотеля? (А. Баумейстер). Транскрипт лекции. Часть 1

    Андрей Баумейстер (р. 1970) Философ, теолог. Специалист по античной и средневековой философии. Преподаёт в Киеве. Автор и…

  • Мамардашвили о Достоевском

    "...Если меня сейчас завести и я ринулся бы в разговор о Достоевском, то я бы показал вам Достоевского как литературного Хлестакова, гениального,…

  • Образовательный проект "Magisteria"

    Сайт "Magisteria", основанный в 2016 году, содержит на сегодняшний день 14 курсов лекций по гуманитарным дисциплинам. Среди лекторов…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments