Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Слон и хомячки

Слон, будучи прославленным солистом
От Ганга до Килиманджарских гор,
Решил: довольно угождать столицам,
Пора отдать долги, пора спуститься
До малых мира скорбного сего.

Гастроль себе наметил до весны
И связок не жалея
Про тишь озёр лесных,
Дубовые аллеи,
Про запах камыша
Лягушкам и мышам
Пел песни и волшебны, и грустны.

Покуда Слон всё набирал очки,
Прослышали об этом хомячки,
Ревнивые любители десерта,
И началось посереди концерта:

"Подумайте, каков позёр,
Пожил бы сам в «тиши озёр»!"
"Нет, здоровяк, не наш, шалишь!
Да что он знает про камыш!"

Ату! Ату!
И ну щипать за ногу.
Не ту, не ту
Взял хоботастый ноту!..

Что тишь! Певец пустился по полянам,
А дума в гулкой голове плясала,
Что хорошо, когда меж ним и залом,
Хотя б и оркестровая, но яма.

Пускай топочет, голову сломя.
Уж кто, а слон от нас не спрячется.
Так значит, снова в схватку, брат хомяк,
За правду и за всё хомячество.

(2011)

Наводки длиною в жизнь

Американцы (Glengarry Glen Ross)
США, 1992. Драма из жизни агентов по продаже недвижимости.
Режиссер - Джеймс Фоули.
Этот фильм я пересматриваю раз в год, примерно в одно и то же время. Вот как сейчас, когда дни короткие, на улице хмуро, а в голове бардак. Наши прокатчики выпустили его под названием "Американцы". Видимо, из злорадства ("А у вас в Америке негров линчуют"). Только уже давно этот маленький и беспросветный мир стал нашим. Мир, который строго поделен на тех, кто пробился и добился, и на неудачников; на клиентов, которым нужно впарить товар, и на продавцов такого товара.

Актерский ансамбль впечатляет: Аль Пачино, Кевин Спейси, Эд Харрис, Джек Леммон, Алек Болдуин. Фильм снят по пьесе, и в многочисленных диалогах всем им есть, где развернуться. Дома не взрываются, инопланетяне не бесчинствуют, словом, ничто не мешает актерам демонстрировать свое мастерство. Когда работают Джек Леммон (Дафна из "В джазе только девушки") и Аль Пачино, трудно оторваться от экрана. Их герои на разных полюсах: лучшие годы одного уже прошли, он потерял хватку, за месяц не заключил ни одного контракта и висит на волоске, а другой полон энергии, филигранно дурит клиентов, и те сами идут ему в руки.

А в этой сцене по полной оторвался Алек Болдуин. Оно понятно, других эпизодов в фильме у него нет. Персонаж Болдуина, присланный центральным офисом один из лучших агентов, достаточно своеобразно мотивирует неудачников на трудовые подвиги.



Непрестанный ливень очень точно передает настроение картины. Как в песне поется, "заливает наши сердца серым дождем..." Только бы не вымыло то немногое человеческое, что еще осталось.


"Дульсинея Тобосская". Песни для спектакля

Постановка сыктывкарского камерного театра "МОСТ" (режиссёр Светлана Клейн) по одноименной пьесе А.Володина увидела свет в марте 2006 года. К сожалению, в спектакль вошли только две песни ("Песня Альдонсы" и "Стенания Дон Кихота"), и то в несколько урезанном варианте. Музыку написал Александр Агранович, лидер местной группы "The Gourishankar", а автор текстов, ваш покорный слуга, отметился также исполнением роли Санчо Пансы. 

Пролог

Книга, сделай людям одолжение:
Из багровой тьмы минувших лет
Выхвати случайным отражением
Всадника сутулый силуэт.

Привставая на стременах,
Он пронизывает времена,
И в глазах его впалых укор,
Что драконов и колдунов,
И бесчинствующих болтунов
Меньше в мире не стало с тех пор.

Мы в ответе за тех, про кого прочли
И деяния чьи
По рукам нашим следуют в вечность...
Из-за гор глянет сонный немой восход,
И, как встарь, Дон Кихот
Мчит один на проклятую нечисть.




Так и было (Песня Альдонсы)

Так и было. Явился рыцарь
Без доклада и без петиций,
И рекомендательных писем
Вместо - взгляд один независим.
Взгляд ощипанной гордой птицы...
Тощий рыцарь, нескладный рыцарь.

Так и было. Назвал царицей
И владычицей всех провинций,
И наследницей всех колоний
Его сердца. И стал в поклоне.
Только что не упал молиться...
Странный рыцарь, забавный рыцарь.

Так и было. Чего стыдиться?
Что не стухла для вас девицей?
Может, он и был полоумный,
Только ночь была полнолунной,
И легка любви колесница...
Славный рыцарь, чудесный рыцарь.

Так и будут плыть вереницей
Злые сны и чужие лица.
Да пусть каждый второй в Тобосо
В мою сторону смотрит косо!
Не успели тогда проститься,
Милый рыцарь, любимый рыцарь...


Канкан честных девушек

Да, мы честны! И пусть неблагородны.
Краснеть за то, что кровь красна - уволь!
Зато все наши прелести природны,
Зато все наши помыслы народны,
И всё в порядке с головой.

Не вырвешь пятен, данных от рожденья,
Не обесцветишь перекисью лжи.
А мы, хоть и скромны происхожденьем, -
Своим, по крайней мере, не чужим.

Да, мы честны! И пусть нечистоплотны.
Повсюду грязь, но в ней потенциал.
О грязной страсти искренней полотна,
Лечебный дух живет в грязи болотной,
А кто без грязи князем стал?

Раз похотью земля не оскудела,
Перед голодной смертью не дрожим.
А то, что приторговываем телом, -
Своим, по крайней мере, не чужим.

Да, мы честны! И мы честнее многих.
Гуманней их капканов наш манок.
Кто высоко закидывает ноги,
Едва ли будет уличён в подлоге
Чего-то кроме этих ног.

Кто предал, сам прощения не примет,
Кто клеветал, той клеветой клеймён,
А мы, пусть запятнали своё имя, -
Чужих не потревожили имён.


Стенания Дон Кихота (Песня Санчо Пансы)

Небо Испании, скольким ты внемлешь глупцам ежечасно!
Разве посмел утомлять тебя стонами, о, я несчастный,
Если бы небо иное взнеслось над холмами, синея,
Если б душою я мог обладать без моей Дульсинеи...

Сёстры мои, одинокие ветви, восплачьте со мною!
Горько склонитесь над вязкой тропой, той, что в вечность длиною.
Ложь и безумство сплели свою сеть, но и в дьявольском сне я
Буду молить и сражаться за счастье моей Дульсинеи.

Знаешь ли ты, госпожа, кто несёт твоё имя, как знамя?
Парусник чей, твоим ветром влеком, гибнет в схватке с волнами?
Чем мне воздастся за слабость, когда она силы сильнее?
Смерть мою верную жизнью какой наградит Дульсинея?


О поклонниках и о Дон Кихоте (Песня Луиса)

Жил герой, как в исподнем прореха -
Все соседи давились от смеха,
А как сгинул, пошла охота
За останками Дон Кихота.

Наспех книгу перелистали,
Отряхнулись и заблистали.
От Валенсии и до Каннов
Эпигонов, что тараканов.

Мода пищит до похабного стона,
Прут из цирюлен толпы хохлатых
В шлемах обшитого шёлком картона,
В латах со стразами на заплатах.

Драма опять обернулась бурлеском.
Рыцарь Печального Образа,
Образ твой выскоблен нами до блеска
Самым печальным образом.

(2006)